Egor Nебо (egornebo) wrote,
Egor Nебо
egornebo

Я подумал, что если я крупный современный писатель, то нужно напечатать рассказ.
А то это выходит подделка какая-то, а не крупный и современный.
Итак, собственно, сам рассказ. Называется он "И дом пошел".





Старые дома, многоэтажные, ночью, будто старые люди.
Совсем не то, что днём, шум детских голосов, галдящие телевизоры, электроприборы, но все кончается, старики остаются один на один, в тишине, с тишиной.
Ворочаются, кряхтят, своя жизнь, в темноте, постанываю и что-то бормочут во сне, в глубине перекрытий будто скрежет отжившего своё дивана, скрип.
Старческие схаркивания вентиляционных шахт, куда то вниз, не хотелось бы браться руками.
Водопровод мутит, нахлебался за день сырой воды, забитые тряпками сливы канализации, с тихим шелестом стекающее куда-то вниз, к крысам, говно.
Бьются открытые форточки, попали в западню окон, ветер от крыльев, раскачивают потёртые плафоны с тихим скрипом.
Что-то вдруг выстрелит или хрустнет, необъясним стариковский организм.
Стороннему наблюдателю. Серые махины ночи, старики в Доме Престарелых.

Сначала появилось пространство. Потом в этом пространстве появилась точка. Из ниоткуда, вдруг. Затем, когда появилось уже и время, стало понятно, что точка растёт очень быстро и через несколько мгновений она превратилась в пятно, ещё чуть позже из пятна отделился звук, а, когда пятно сознания развернулось где-то до половины ощущаемого пространства, пришло понимание, что есть и свет.
После этого понимания дом распахнул глаза.

- Всё, эксперимент удался,- Горбунов прошептал это очень тихо, но все, кто вместе с ним смотрели на экраны мониторов, услышали. Да и не нужны были эти слова Горбунова. Всем четырем собравшимся в лаборатории ученым было совершенно ясно, что эксперимент удался.
- Ира! – Дзагоев закричал так, что все вздрогнули,- Шампанского!
- Помилуйте, голубчик, откуда у нас шампанское, - Порицкий снял свои очки, достал откуда-то из мятых брюк ещё более мятый стариковский платок и стал подрагивающими руками протирать стекла.
- Ира! - Дзагоев нисколько не смутился. – Возьми такси, езжай в «Елисеевский» и возьми две бутылки шампанского!
За стеной послышался голос Иры, которая вызывала такси. Почти сразу за этим в опять образовавшейся тишине зацокали ирины каблуки и хлопнула дверь. Ученые не отходили от своих мониторов. Казалось они ждали чего–то ещё. От длинного, старой московской застройки, девятиэтажного дома. Который стоял в микрорайне Кунцево. Единственный в три часа ночи со светом в ночных окнах. С включенным светом в абсолютно всех без исключения окнах.

Запах появился последним из всех. К тому времени, когда он появился, дом уже успел многое увидеть и понять. В самую первую очередь он решил изучить себя. Он бегло осмотрел системы канализации, вентиляции, разобрался в схемах прихода электронергии,
понял, через какие приемники получает звук. А через какие –свет. Ещё он подумал, что теперь у него есть рот, нос, глаза и уши. Дом размышлял совершенно как человек. Ничего удивительного в этом не было. Для того, чтобы думать он пользовался головным мозгом человека. В общем-то, он только рассматривал этот мозг, как мозг одного человека. На самом деле это была совокупность органов для мышления всех его жителей. Всех жителей длинного дома №14 по улице Голубева. Из которых в ту ночь ни один не проснулся.

- Послушайте, а где все жители,- пробормотал Горбунов, все также глядя в свой экран. –Для эксперимента никого ведь не выселяли.
- Да, что-то странное, - подал голос из своего угла профессор Агеев. – Я сразу обратил внимание. Только думал, что есть какой-то ответ. Или что быстро найдётся. Нет. Дом стоит со включенным светом уже 14 минут- никакого движения.
- Я бы предложил вам, коллега, переключиться на камеры под домом, - сказал Дзагоев.- Если вам нужно движение.
Похоже, что такая идея пришла в голову только Дзагоеву, потому что остальные трое ученых зашелестели манипуляторами типа «мышь».
- Ну у нас народ,- сказал Горбунов.- Три часа ночи. А уже собрались.
- Глядите- ка и милиция подъехала, - сказал Порицкий.
- Как бы они нам чего не испортили, - Дзагоев стал шлёпать шуфлядами стола в поисках мобильного телефона. – Да, где же я его деваю постоянно.
Но телефон нашел его сам. Звонок прозвучал сейчас как-то особенно требовательно, профессор Дзагоев раскопал его наконец среди сугробов бумаги на своём столе и поднял трубку.
- Алло.
- Добрый вечер профессор, - голос в трубке был мягкий, но, казалось, чем-то несколько расстроенный. – Профессор, как проходит эксперимент?

Дом стоял и теперь вспоминал все сорок с лишним уже лет своей жизни. Воспоминания давались с огромным трудом. Сломанные перила, разинутая пасть мусороприемника с болтающемся на одной петле контейнером для мусора, черные следы от баловства спичками на потолке- историю всего этого можно было вспомнить легко, но очень не глубоко, вглубь всего на три- четыре года. Дом жадно выискивал такие следы, которые бы рассказали о большем: вот! много лет назад эту маленькую щербину на бетоне лестничного пролёта сделал Мишка –немой, когда с огромной амплитудой пьяный рухнул об лестницу зубами, да, у него была ещё не немая жена и постоянно ничего из еды в доме, их подкармливала баба Нина, которая жила этажом выше и слышала их постоянный «нема гвалт», а ещё у них была дочь Оксана… и разматывался из этой щербины на бетоне клубок воспоминаний, но он кончался и нужно было искать следующую и дом искал, искал, искал… «А ведь я уже глубокий старик, - в конце концов, подумал дом.- Как странно всё-таки. Проснуться –и уже глубокий старик. Как- то неправильно, неверно».
Потом дом стал смотреть телепередачи.

Хлопнула дверь и вошла с шампанским улыбающаяся Ира. Посмотрела на разговаривающего по телефону профессора Дзагоева.
- Установку? Ну конечно выключили, мы включали её ровно на четыре минуты, всё как договаривались. Нет, ничего не вышло из под контроля.
К Ире подошел Порицкий, принял шампанское и шепнул:
- Вы сегодня свободны Ирочка, спасибо. Всего доброго.
- Ага, - Ира уже перестала улыбаться, кивнула и вышла.
- Я не могу сказать, отчего никто из жителей не отзывается и не выходит, полковник. Дайте нам хотя бы два часа разобраться.
Дзагоев помолчал, пока говорил голос в трубке.
- Ну, пусть пока все идёт, как идет. Ничего же страшного не происходит, правда? Ну стоит дом, ну зажегся в нём во всех окнах свет, что здесь такого удивительного? А журналисты пусть снимают, что такого, в конце концов, они могут там снять?
Дзагоев опять ненадолго замолчал.
- Нет, Иосиф Палыч, за полчаса вряд ли. Но мы приложим все усилия… да… да, конечно.
Дзагоев прищурился , отдалил для удобства от себя телефон, прицелился, и, наконец, нажал большим пальцем на сброс. Потом обвел всех взглядом.
- Ну-с, светила. Какие будут предположения?

В одной из телепередач дом с удивлением обнаружил, что говорят о нём- о доме номер 14 по улице Голубева. Дом жадно разглядывал себя со стороны, сотни людей и машин, что собрались вокруг него и, следя за камерами, видел вокруг то, чего не мог видеть сам. Он осознал, что такое город, разобрался, что в нём живут сотни, если не тысячи таких, как он, домов. И понял, что проснулся из всех из них только он один.
Дом был очень недоволен.

Ира буквально забежала домой и, на ходу сбрасывая туфли, кинулась на кухню, к телевизору. В какой-то буквально лихорадке она щёлкала пультом, выбирая нужную программу и даже не заметила, как на кухню вошел заспанный муж.
- Что случилось,- доволен он не был.
- Да у нас на работе такое…- Ира наконец нашла программу новостей.- Смотри, смотри, - она ткнула пультом в сторону телевизора, -всё сам увидишь.
Муж сонно смотрел в телевизор. Потом буркнул:
- Херня какая-то. Быть такого не может. Бред.
- Ничего и не бред. Молодцы наши старички. Всем нос утёрли.
Ира гордо приосанилась и сделала телевизор громче.
- Да скажи ты толком, что там происходит, -сказал муж.
- Ну, я подробностей не знаю. Знаю только, что через этот дом- через весь- новый вид тока пропустили. «Ток В» называется. Или ещё как-то, какие-то вихревые токи, не помню. Сегодня ночью. А он возьми и такие фортеля начни выкидывать.
- Ток В какой то. Пойдём, я по тебе ток Це лучше пропущу, что за привычка, явиться с работы под утро и ещё в телевизор пялиться.
- Отстань.
Ира ждала, что будет дальше.

«Дальше» не заставило себя ждать.
Горбунов курил, когда услышал дружное «ну ничего себе» сказанное тремя разными способами. Он выкинул сигарету, подбежал к монитору и сказал то же, но уже про себя.
Дом пустил по себе гигантскую бегущую строку из зажигающихся и тухнущих окон:
«Оставьте меня в покое».
- Профессор, нужно что-то срочно делать,- Порицкий нервно барабанил по столу остро заточенным карандашом.- Там же люди, в конце концов.
- А если это единичный случай, Семен Эдуардович?- ответил Дзагоев.- Если просто сошлись какие то немыслимые параметры вот именно сегодня, именно в этой точке? Которых мы больше никогда не отыщем? Вы же прекрасно понимаете, что ничего подобного в наших опытах не происходило. Да, встречались признаки сознания, но в основном они были косвенными, затухающими, а когда мы сейчас…
- Там люди, коллега, -перебил его Порицкий. И внимательно посмотрел в черные дзагоевские глаза.- Мне осталось жить совсем немного. И это «немного» я не хочу провести в тюрьме.

Дом не только не оставили в покое, дом буквально атаковал шквал внимания. Люди уже скапливались на крышах окружающих домов, уже мчались к дому сотни машин съемочных групп, уже по всем практически каналам транслировали один и тот же экстренный выпуск новостей, уже расстроенный голос в трубке профессора Дзагоева был не только расстроен, но и раздражен. Дзагоев поставил телефон на громкую связь, чтобы диалог могли слышать все. Голос произнес:
- Мы отключили электричество, Алан Игоревич. Милиция попыталась проникнуть внутрь дома- все замки на домофонных дверях оплавлены. Нам что теперь- спецназ вызывать с автогенами? Было бы очень неплохо, чтобы вы объяснили, что происходит внутри.
- Павел Иосифович, внутри ничего особенного происходить не может. Никаких пришельцев, никаких новых организмов, никакой новой жизни там нет и быть не может. Мы с коллегами считаем, что все жители дома просто спят, что ничего страшного не случилось…
- К вам с коллегами уже выехали, Алан Игоревич. И если вы очень быстро не найдете подходящего объяснения всему происходящему, то я очень опасаюсь за вашу – с коллегами- дальнейшую судьбу.

После того, как дом ослеп и оглох, он снова принялся вспоминать.
Он снова разматывал тысячи и тысячи царапин, шрамов и повреждений на своём теле, он видел свадьбы и разрушенные семьи, видел боль, страх, смех, радость, видел много счастья и много горя, видел забытые разлагающиеся стариковские тела и гробы, видел миллионы половых актов и ту маленькую из них часть, что называется «любовь», видел убийц и видел святых, видел тоскливые, серые жизни и такие, в которых каждый день фейерверк, он видел, видел, видел…
Потом он понял, что пересмотрел всё. Что вспоминать теперь больше нечего.
Так же он почувствовал, что по его телу ползут сейчас какие-то люди, как они выламывают ему глаза и как проникают внутрь.
Тогда он подумал, что нужно просто попытаться.
«Нужно только попытаться,- так думал дом.- Ведь ничего невозможного нет, тысячи и тысячи судеб, которые я наблюдал и которые я сейчас вспомнил, говорят мне о том, что нет ничего невозможного, я же видел, я знаю, я точно знаю, что нет ничего невозможного, нужно только захотеть и сделать, нужно, обязательно нужно».
Дом тяжело вздохнул. Потом собрался с силами. Выдохнул.
И дом пошел.

Subscribe

  • (no subject)

    - Я сварила тебе дождь. - Что ты мне сварила? Я не слышу. Плохо слышно. - Я сварила тебе дождь. - Борщ? - Ну ты как скажешь... Как можно сварить…

  • (no subject)

    Как то миллион лет назад разговорился с местными тут. И натурально им говорю- от было бы неплохо зарабатывать на жыжэ. Я и читать могу, много…

  • Недоумеваю-3458723465

    Занедоумевал вот, а на хуя , собственно, мне эта книжка с правами, техпаспортами, техосмотрами, медицинскими справками, водительскими талонами,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 39 comments

  • (no subject)

    - Я сварила тебе дождь. - Что ты мне сварила? Я не слышу. Плохо слышно. - Я сварила тебе дождь. - Борщ? - Ну ты как скажешь... Как можно сварить…

  • (no subject)

    Как то миллион лет назад разговорился с местными тут. И натурально им говорю- от было бы неплохо зарабатывать на жыжэ. Я и читать могу, много…

  • Недоумеваю-3458723465

    Занедоумевал вот, а на хуя , собственно, мне эта книжка с правами, техпаспортами, техосмотрами, медицинскими справками, водительскими талонами,…