Однажды Александр Николаевич Бырынзило сидел в своём кресле и считал плюсы. Посидит, посчитает, подумает о чем-то, потом ещё пальчик загнёт. Плюсы считает. Считал так, считал, пока все пальчики на руках не загнул. Александр Николаевич посмотрел на это и сказал: - Всё. Решено. Сделаюсь-ка я сумасшедшим. Для того, чтоб не забыть материал, Александр Николаевич начал перечислять теперь плюсы в обратном порядке: - Во- первых, ни разу не был,- Саша разогнул один пальчик. Тут его посетило сомнение. Бывали, бывали в жизни состояния, в которых Бырынзило не был уверен до конца. Сумасшедший он или не сшедший. Но пальчиков ещё оставалось целых девять и сомнения Александр Николаевич тут же отринул. - Во- вторых, сумасшедшим полагается не работать. Я бы сказал- запрещается даже. Теперь разогнутых пальцев стало два. К третьему, четвертому и пятому Бырынзило разогнул "заботу"- и кормят, и поят, и крыша над головой и даже спать следует по расписанию, а не так, что каждый вечер мучайся в размышлениях- ложиться тебе уже или ещё не ложиться. Шестой пальчик отвечал за разного рода медицинские препараты. Которых Александр Николаевич никогда не пробовал и не известно ещё, когда доведется. Если доведется вообще. - В седьмых- компания, -сказал Бырынзило.- Где ещё можно найти такую компанию? Тут Саша справедливо, как ему казалось, поднял вверх седьмой палец. - Где, я вас спрашиваю? Не скучных, не завистливых, не злобных, не подлых, и так далее, в общем не испорченных жизнью людей. Где? Саша припомнил про буйных, но следом за этим сразу припомнил, что буйных, вроде бы, держат в каких отдельных, специальных комнатах. - Так, в восьмых... Что ж там в восьмых... А! Вспомнил Бырынзило. - Желания! У меня наконец-то не будет больше никаких желаний! -обрадовался Александр Николаевич. В девятых получалось, что и ожиданий от несчастного Александр Николаевича никто никаких не будет испытывать. Ну какие, скажите мне, ожидания от сумасшедших, попросил сказать Саша неизвестно кого. В десятых выходило так, что никакого алкоголизма. И даже табакокурения. Одно сплошное здоровье и прекрасное самочувствие. Александр Николаевич победно потряс в воздухе всеми теперь уже разжатыми пальчиками, немедленно встал и пошел разыскивать бумагу, чтобы писать заявление в собес. Нашел бумагу, пока искал ручку вдруг спохватился и замер: - А вдруг... А вдруг там очередь? Как на квартиры? На долгие годы? Мир чуть-чуть сдвинулся с места и засобирался катиться вниз. Но Саша схватил мир за волосы и остановил: - Нет. Не может такого быть,- горячо и убежденно произнес Александр Николаевич,- чтоб все вокруг были сумасшедшими. Боженька не допустит. Вот что. Тут Бырынзило нашел, наконец, ручку и присел к столу.