- Каждый человек-мужчина. Ну сначала человек мальчик, а потом уже мужчина,- уточнил Александр Николаевич Бырынзило.
Тут же он подумал о том, не усложняет ли конструкций, но потом посмотрел на мысль отстранясь, издали, близоруко щурясь, посмотрел и решил, что нет, не усложняет.

- Так вот,- продолжил Бырынзило,- каждый мужчина по плану, утвержденному на самом верху, должен проживать три больших стадии. Первая, -торжественно поднял палец Александр Николаевич.
- Это "я всех могу победить".

Саша замер в своей торжественности. Постоял так несколько секунд. Затем решительно и скоро пояснил:
- Естественно не всех, естественно не победить и естественно не только он. Но вот этот щенячий восторг от где-то там внутри зародившегося "я всех могу победить"- это и есть она. Первая стадия. Её конец. Вершина. Апогей. Шел, шел и пришел к этому. Но.
Бырынзило остановился. Поглядел озадаченно на торжественный палец, но загибать палец обратно не стал.
- Но,- повторил он. -Один раз защемило внутри это чувство, второй раз, третий. Пятый, даже и десятый. И- всё. Оно постепенно притупляется, становится неинтересным. Я бы даже сказал приходит понимание, что не всех, что не только он и что не так уж и победить.
-Тогда из мальчика получается юноша,- расставил Саша всех на "Детство. Отрочество. Юность", будто бы он был Лев Толстой.
- Продолжим,- продолжил Александр Николаевич. -После первой идёт стадия "я могу всё купить".

К первому своему пальчику Бырынзило с не меньшей торжественностью прибавил второй.
-Опять же не всё, опять же не только он и опять же, может быть, и не совсем купить. Но снова помимо воли зарождается, растет и ширится откуда-то из глубины это чувство. И никуда не денешься, охватывает нега и чувство прекрасного от него, от этого чувства и тащишься, тащишься, тащишься на этой волне, и всё вокруг хорошо и правильно и от чувства этого кажется, что куда нужно -пришел, и что надо- сделал и не упустил ничего в своей вот этой вот жизни.

Здесь старый театрал Бырынзило снова прервался и сделал паузу ртом. После паузы он сказал:
- Но снова- один раз поднялось и затопило, два раза поднялось, три, пять, двадцать пять и всё! опять исчезла новизна, какие-то появляются дурацкие вопросы- а зачем мне "всё"? а зачем мне хотя бы то, что купил? а сколько жизни я своей разменял на то, чтобы купить это "всё", времени своего бесценного, сил? э? Ой, дурацкие лезут всякие вопросы в голову, но суть не в них, а в том, что нет больше кайфа от "я могу всё купить".

Бырынзило затянулся воображаемой сигаретой и выдохнул дым через настоящие ноздри, хотя и считал, что это вреднее, чем выдыхать через рот. Покачался в кресле. И решился перейти к главному.

- Третья стадия называется: "я могу всё". Идут к ней все те, у кого уже отщемили первых два пункта: "я могу победить всех" и "я могу купить всё". Доходят очень немногие: министры, олигархи, президенты, святые, генерал-лейтенанты, провидцы.. - тут Александр Николаевич вспомнил Перельмана и вспомнил, как обвинял этого самого Перельмана в том, что тот не управляет Вселенной. - Крупные ученые доходят тоже, да... Кто там ещё? -спросил Саша и больше никого вспомнить не смог.

Он потянулся в своём кресле.

И понял, что его немного беспокоят именно те, которые доходят.
Они потом тоже мучаются вопросом на своих вершинах- а зачем? Зачем я пер сюда танком по головам, через трупы, через друзей и любимых, через поцелуи в немытые(но чаще всё-таки в мытые) жопы, через полуночный страхи и дневные запои, зачем?

Ведь не может же быть так, думал Александр Николаевич.
Что в первых двух случаях вопрос вставал.
А в третьем хопа такой.
И уже не встает.
Александру Николаевичу Бырынзило.
Было.
Непонятно.