March 20th, 2019

Зимняя

Озарило (сообщить) - 8888827888

Сегодня в парке Медвежино решил сосчитать, сколько каких там стоит деревьев. Получилось очень приблизительно, завтра нужно будет ещё раз все аккуратно перепроверить.

Стал ходить два круга, почитал во всемирной сети интернет, что в среднем обычный человек ходит 5 117 шагов в день и это считается "сидячим образом жизни". По моему какая-то хуйня, но на всякий случай ужаснулся и добавил себе километров в походы. Первый круг хожу в одну сторону, второй в другую, чтобы не закружилась голова.

Ещё часто встречаю неприятного мужика, имя которому "Тревожный" (да, я дал это имя ему сам. Выглядит он так- подозревает меня в чем то, косится и ходит как-то очень быстро, тревожно, и скособочившись). Сообразил, что мужик этот ходит все время мне навстречу почему-то. И чтобы его не встречать- достаточно просто развернуться и попиздовать за ним. Пусть обгоняет, если что.
Ещё я в лесу делаю простирания, то есть растворяю гнев, гордыню, зависть, неведение, страстное желание. То есть все то, что туманит сознание, омрачает. Отчего подумал, что я вполне себе монах-отшельник, только не в Гималаях, а в лесу, чем хуже отшельничество-то? Ничем не хуже.
Но не это главное, главное то, что у меня на цифре под 40 000 этих самых простираний произошла ловушка- я больше не имею права ни гневаться, ни завидовать, ни испытывать гордыню. ( Со страстным желанием и неведением все сложнее).
Ловушка заключается в том, что как это так я могу испытывать гордыню (гневатся, завидовать), если я растворял на протяжении огромного количества времени эту самую гордыню (гнев, зависть)? Это что же, выходит я хуйнёю какой -то занимался, все это растворял растворял- и всё зря? Нет, милый, теперь испытывать гордыню (гневаться, завидовать) ты просто не моги. Потому что или кидай вообще к хуямъ этот буддизьм, или он как -то должен влиять на это вот все.
Мне кажется простирания так и работают. То есть у каждого возникает такая мысль- а что , бля, я зря все это делал что ли? Если гневаюсь до сих пор. Нет, не буду гневаться, думает каждый, кто извёл часы и часы на простирания.
И не гневается.