Я твёрдо знаю, что бухать- это плохо. </font> Если б этот, который спрашивал оказался настойчивым, въедливым и ему очень нужно было б знать про мою твёрдую уверенность, я б привёл его к универсаму "Ким" и показал бы ему полулюдей, которые спрашивают у прохожих копеечку. Сказал бы при этом: "Вот! Гляди, до чего доводит синька". Этот, который въедливый удивлённо б вскинул бровь и уточнил бы у меня, что бы с случилось полулюдьми, если б они никогда в жизни не попробовали алкоголя. Я б тогда ему рассказал про увлекательные цветные телевизоры, радиостанции и блюда разных кухонь. Добавил бы про личный автомобиль, дачный участок с колорадскими жуками и тачками говна. Потом понял бы что распрягаю что-то не то и вспомнил бы про то, как они развивали бы и воспитывали своих детей. Уже как-то вяло бы вспомнил, сбиваясь на бормотание. Потом бы сказал "О!" и заговорил бы про тысячи книг, но глаз под вскинутой бровью посмотрел бы вдруг с укоризной и я б затих. "Ладно", сказал бы тогда я. Я б взял тогда этого надоеду и мы пошли бы с ним в больницу, где хронические алкоголики мучаются больными печенями и отказывающими почками. Я б с видом победителя стал бы посреди палаты и среди стонов и жалоб хронических сказал бы: "Вот! Гляди, до чего доводит синька". Тот, которому нужно знать про мои уверенности покачал бы задумчиво головой, взял бы меня под локоток и в той же больнице отвёл меня в другое отделение, в онкологическое. Потом ещё поводил бы по другим отделениям. Перед ожоговым я б остановился, поднял бы руки и сказал бы: "Довольно!" Мы бы тогда вышли с ним на улицу и закурили по сигаретке. Минутой спустя я б сказал с паузами :"Хорошо. Пойдём." и повёл бы его к своим хорошо знакомым следователям. Я уже заготовил бы целую эскападу, я представлял бы как потрясаю томами уголовных дел, но перед самим зданием прокуратуры этот недовера остановился б и глядя на табличку спросил: "Ты когда-нибудь бил женщин?" Я б уверенно ответил: "Нет." Он бы продолжил: "Унижал тех, которые слабее тебя? Да ты вообще часто ли конфликта искал по жизни? Может быть ты насиловал кого-то?" Я б тогда понял куда он клонит и что снова сижу всей жопой в луже. Я бы даже немного разозлился. Не понимает человек очевидного и ещё упирается. Я б ему тогда сказал, что если речь конкретно обо мне, так я может на работу не являлся из-за алкоголя. Он бы задорно рассмеялся в ответ и выразился в том смысле, что устрой всё так чтоб на работу ты не являлся к самому себе, а не к дяде. Я б разозлился ещё больше и едко поинтересовался у этого гражданина, что он знает о посталкогольном синдроме или если проще о "выходах". Гражданин бы мне рассказал, что без "выходов" оно тебе было б тебе конечно лучше, только если закон компенсации поотменять, так давай тогда и про гравитацию закон отменим, и в законах умножения чего-нибудь поменяем, хули. И также едко в ответ спросил бы меня, придумал ли я что-нибудь на этих вот самых "выходах". Мне бы просто пришлось подумать так: "Ах ты ж сука!" Заметался б я тогда в поисках аргументов, задёргался. - Деньги. Я пропиваю много денег. - Не пропивал бы столько, не пришлось бы заработать. Ты не нуждаешься вроде, нет? Я б замычал как-то про то, что не помешали б ещё. Этот негодяй махнул бы рукой и улыбнувшись напомнил, что те, которым они бы "помешали б ещё" они в гробах лежат. Я б помял тогда немного сиськи в раздумье и сказал бы, что близкие вот, близкие люди недовольство проявляют, огорчаются. Тогда он пристально заглянул бы мне в глаза и спросил: - Это ты про родителей что ли? - Преимущественно. Он сделал бы тогда театральную паузу, потом вперил бы в меня палец и тяжело роняя слова произнёс: - Так вот теперь сходи и спроси их. Спроси, зачем они устроили тебе конфликт на всю жизнь. Ведь всё равно пьёшь. И не бросишь.